Вы используете устаревший браузер.
Для того, чтобы использовать все возможности сайта, загрузите и установите один из современных браузеров!
Авторизуйтесь
И перед вами будет еще больше возможностей!

СОЦИАЛЬНОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО И МИКРОФИНАНСИРОВАНИЕ

 

 

 



Вадим Калиничев
доцент кафедры маркетинга и Форсайта МГУТУ им. К.Г. Разумовского



К размышлениям на данную тему меня подтолкнуло событие, произошедшее в конце апреля текущего года. В тот дождливый вечер одна из столичных некоммерческих организа­ций проводила на своей площадке дискуссию «Можно ли зарабатывать на социальных про­ектах?» Я имел честь быть приглашенным на это мероприятие.

Идя на него, пытался спрогнозировать нить разговора: будет дискуссия о том, что такое социальное предпринимательство, как оно развивается сегодня в нашей стране, каковы перспективы у тех организаций, что позиционируют себя как «организации социального предпринимательства». К сожалению, не все так сложилось.

Среди двух представленных участникам дискуссии компаний, фигурировала и некая микрофинансовая организация1. Несколько моментов, прозвучавших на данном собрании, меня заставили погрузиться в серьезные раздумья на тему партнерства различных организаций, которые принято в последние годы в нашей стране относить к так называемым «микрофинансовым», и социального предпринимательства.

Во-первых, со слов ведущего, представленная микрофинансовая организация существует 2 года, в ней работает примерно 700 человек более чем в 200 населенных пунктах России.

Во-вторых, только после моей настойчивой просьбы назвать процентную ставку, под которую люди могут получить заём (кредит) в данной МФО, присутствующим было сказано — 2,5% в день (многие читатели, естественно, ойкнут, прочитав эту цифру; я тоже отреагировал эмоционально). Один из присутствующих оперативно озвучил следующую мысль: мол, если есть спрос, есть и предложение. Подумалось: вот здесь-то во весь рост встает проблема финансовой безграмотности многих россиян: или не кредитоваться вовсе, или уж сразу под 900% годовых.

В-третьих, из уст присутствовавшего руководителя данной микрофинансовой организации прозвучал замечательный пассаж о том, что в тех городах, где присутствуют их структурные подразделения, они жестко работают со службой судебных приставов. И при этом никто из вышеназванной службы не отказывается от партнерства. А чтобы подтвердить свои слова, прозвучало замечательное признание: «Мы же даем данной службе «хорошие объемы»! «Это за два-то года работы?!» — подумалось мне.

Еще раз обращаю внимание читателя: вся эта деятельность преподносилась участникам собрания как самое что ни на есть социальное предпринимательство.

Относительно того, что следует понимать под выражением «социальное предпринимательство», думаю, у большинства читателей нет больших проблем. Некоторые над этим вопросом просто не задумывались, а те, кто задумывал-ся, мог совершить крайне простое действие: в поисковой системе забил эти два слова и получил некоторый набор формулировок (определений).

В одном случае читаем, что «Идея социального предпринимательства состоит в том, чтобы определенная группа людей, те, кто не встроился в рынок в силу ограниченных возможностей, получила надежный фундамент для достойного существования и нашла свое место в жизни»2. Автор этих слов видит в социаль¬ном предпринимательстве прообраз гражданского общества, когда сами граждане берут на себя решение социальных задач. Социальное предпринимательство, по его мнению, должно выполнять ту функцию, которую государственные и общественные организации выполнить не могут. Поэтому оно должно занимать особую нишу в экономике и социальной сфере и поддерживаться со стороны государства.

В другом случае, что «Концепция социального бизнеса — очень простая и красивая. Его основой является любая социальная проблема. С самого начала социальное предприятие организуется как самодостаточное и независимое от грантовой поддержки и спонсорства. Инвестор, вкладывающий в него средства, получает их обратно, но не с прибылью, поскольку она остается в компании. Прибыль же идет на то, чтобы социальное предприятие становилось еще более эффективным»3.

Минэкономразвития России в лице директора Департамента развития малого и среднего предпринимательства и конкуренции Натальи Ларионовой определяет социальное предпринимательство как «...деятельность, направленную на обеспечение занятости инвалидов, матерей, имеющих детей в возрасте до трех лет, выпускников детских домов, а также лиц, освобожденных из мест лишения свободы...»4. При этом, по мнению сотрудников этого министерства, должны соблюдаться определенные условия.

Можно встретить и такую позицию, когда происходит подмена понятий «социальное предпринимательство» и «социально-ответственный бизнес».

В Википедии5 размещено определение, которое, как мне кажется, достаточно широко и в то же время четко характеризует определение «Социальное предпринимательство». «Это предпринимательская деятельность, нацеленная на смягчение или решение социальных проблем, характеризующаяся следующими основными признаками:

• социальное воздействие (англ. Social impact) — целевая направленность на решение/смягчение существующих социальных проблем, устойчивые позитивные измеримые социальные результаты;

• инновационность — применение новых, уникальных подходов, позволяющих увеличить социальное воздействие;

• самоокупаемость и финансовая устойчивость — способность социального предприятия решать социальные проблемы до тех пор, пока это необходимо, и за счет доходов, получаемых от собственной деятельности;

• масштабируемость и тиражируемость — увеличение масштаба деятельности социального предприятия (на национальном и международном уровне) и распространение опыта (модели) с целью увеличения социального воздействия;

• предпринимательский подход — способность социального предпринимателя видеть провалы рынка, находить возможности, аккумулировать ресурсы, разрабатывать новые решения, оказывающие долгосрочное позитивное влияние на общество в целом».

Прочитал первый раз в Википедии это определение, перечитал... и задал себе вопрос: Генри Форд исходя из данного определения разве не социальный предприниматель?

Считаю необходимым акцентировать внимание уважаемого читателя на следующем моменте. Если вы обратили внимание, я нигде в тексте не употребил термин «Бизнес». Это не случайно. В прямом переводе с английского слово «business» — это дело. Для меня — это Дело (написано с большой буквы сознательно), которым человек занимается профессионально. Это и работа в государственном или муниципальном учреждении, и в структуре социальных служб, и образовательная деятельность, и руководство некоммерческой организацией и т.д. Поэтому термин «Бизнес» лично для меня в данном контексте не приемлем.

А вот термин «предпринимательство», как мне кажется, больше подходит в этой ситуации. Ведь «...предпринимать (предпринять или предприять) — это значит что-то затевать, решаться исполнить какое-либо новое дело, приступать к совершению чего-либо значительного»6. В русском языке слова предпринимательство и бизнес иногда используются как синонимы, а иногда и имеют разное значение.

Формулировок достаточно, позиции их авторов, как мне видится, принципиального расхождения не содержат. Каждый вправе выбрать для себя наиболее подходящее определение. Читатель может задать автору статьи вопрос: когда он впервые столкнулся с конкретным примером социального предпринимательства? И получить такой же прямой ответ: 20 лет назад. Я впервые реально увидел пример социального предпринимательства, находясь на стажировке в социальных службах графства Норфолк (Великобритания)7. Тогда для нас термин «социальное предпринимательство» звучал как что-то космическое. Но этот пример ярким пят-ном врезался мне в память.

НО НАС ВСЕ-ТАКИ БОЛЬШЕ ИНТЕРЕСУЕТ ТО, КАК В СЕГОДНЯШНЕЙ ПРАКТИЧЕСКОЙ РОССИЙСКОЙ ЖИЗНИ СОЧЕТАЮТСЯ ПОНЯТИЕ «СОЦИАЛЬНОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО» С ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ МИКРОФИНАНСОВЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ. ЗДЕСЬ ВАЖНО, НА МОЙ ВЗГЛЯД, РАЗДЕЛИТЬ ЭТИ ОРГАНИЗАЦИИ — НА КООПЕРАТИВЫ И ИНЫЕ, КОТОРЫЕ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ КООПЕРАТИВАМИ.

Две женщины, вышедшие на пенсию (мужей нет, дети давно живут отдельно), решили объединить усилия для оказания помощи со-гражданам, нуждающимся в социальной поддержке. У одной была некоторая сумма денег, у другой — свободный двухэтажный дом. Они организовали в этом доме стационар дневного пребывания для пенсионеров. Пенсионеры могли свободно приходить сюда и проводить время за играми (компьютеров тогда еще не было в таком количестве), чтением книг и газет, обсуждением различных политических и культурных событий; просмотром телепередач. Короче, общение по интересам. Все это, естественно, получило соответствующее юридическое оформление. Чем не социальное предприятие?

Интересно в этой истории и то, как среагировали на такое начинание местные власти и, в частности, представители муниципальной социальной службы. Очень прагматично и с расчетом на длительную перспективу. Они некоторое время наблюдали за этим стационаром дневного пребывания,анализировали его работу. А поняв, что организаторы профессионально занимаются действительно необходимым их согражданам делом, решили вопрос о софинансировании этого проекта из местного бюджета. Вот вам и частно-государственное партнерство.

Но нас все-таки больше интересует то, как в сегодняшней практической российской жизни сочетаются понятие «социальное предпринимательство» с деятельностью микрофинансовых организаций. Здесь важно, на мой взгляд, разделить эти организации — на кооперативы и иные, которые не являются кооперативами.

Кооперация по своей сути является социальным институтом (не будем брать отдельные примеры, выбивающиеся из общего контекста). Это отражено в истории появления кооперативного движения в различных странах. Процитируем наших старших (по опыту работы в российском кооперативном движении) коллеги: «Кооперация дословно означает «совместная деятельность» (cooperation). В широком смысле слова кооперация — это объединение совместных усилий отдельных людей или групп людей для достижения какой-либо цели. В бо¬лее конкретном и узком смысле термин /кооперация» используется для обозначения особой общественно-экономической организации товаропроизводителей или потребителей, то есть для обозначения определенного типа социально-экономической организации»8.

Вся история развития кооперативного движения как в фокусе сконцентрировала его социальную суть и в кооперативных принципах, и в философии международного движения кредитных союзов. «Популярность кооперативной идеологии, чья жизнестойкость доказана историей кооперативного движения, объясняется тем, что кооперация базируется на ценностях, приверженность которым обеспечивает социальное здоровье общества, его способность к самоорганизации и самозащите. Эти ценности близки мироощущению большинства населения, доступны пониманию людей разных уровней образования и социальной активности. Получив четкую формулировку, кооперативные ценности и принципы образуют кодекс кооперативного поведения, ставший основой важнейшего документа — Декларации Международного кооперативного альянса о кооперативной идентичности, где сформулированы ценности и принципы, соблюдение которых обязательно для кооперативных организаций. Эти ценности: взаимопомощь, справедливость и солидарность дополняются этическими принципами членов кооператива: честностью, открытостью, социальной ответственностью и заботой о других»9.

Эта позиция несколько позже была дополнена и развита международным движением кредитных союзов: «Кредитные союзы — это финансовые организации, финансовые кооперативы граждан, и в этом своем качестве они представляют собой прежде всего объединения людей, а не объединения капиталов...»10.

Руководящие органы кооператива исходят из того, что они должны обеспечить финансовую стабильность домашнего хозяйства (household) и гарантировать пайщикам приоритет их финансовых интересов. Это главная задача данного института. Кооператив максимально аккуратно обращается со сбережениями своих пайщиков, создает резервы, развивает систему внутреннего контроля. Поэтому кооперативы во всем мире относят к организациям «спокойных финансов».

«Кредитные союзы выполняют функцию социальной защиты в жизненно важной для граждан сфере финансовых услуг. Они заботятся о повышении финансовой грамотности населения, активно работают над образованием своих членов и своих работников. Кредитные союзы поощряют целевое использование сбережений пайщиков, разрабатывая социальные программы (образовательные, медицинские, рекреационные, жилищные и др.). Членство в кредитном союзе формирует ответственное и добросовестное отношение граждан к своим обязательствам как норму поведения, выявляет значение репутации порядочного человека в деловом обороте. Значение кредитных союзов не ограничивается ролью экономического агента, они — важный элемент социальной структуры общества и фактор социальной стабильности и прогресса»11. Эта же позиция нашла свое отражение и в ФЗ №190 от 18 июля 2009 года «О кредитной кооперации».

Исходя из вышесказанного, можно смело утверждать, что кооператив, действующий в рамках норм и правил, определяемых законодательством, международными актами, является организацией ярко выраженной социальной направленности.

К моему же глубокому сожалению, в последнее время кооперацию государственные мужи все чаще позиционируют как финансовый институт. Не без молчаливого согласия кооперативного сообщества.

А вот относительно микрофинансовых организаций, зарегистрированных в иных организационно-правовых формах (не как кооперативы), с полной уверенностью утверждать, что это институт социального предпринимательства, можно не всегда. Тем более, что и руководители ряда таких организаций, позиционируя свою деятельность, ставят во главу угла решаемых задач следующее: «Наша задача — убедить клиента купить у нас деньги»12. В таком подходе конкретного руководителя — продать деньги — нет ничего предосудительного. Просто нужно понимать, что именно в этой организации нет ничего социального. За исключением того, возможно, что здесь доброжелательно относятся к работающему персоналу, а также к клиентам.

Возможность и обоснованность позиционирования всех подряд подобного рода организаций как социальных, лично у меня вызывает серьезные сомнения. Подходить к оценке их деятельности в каждом конкретном случае необходимо с особой тщательностью.

Очень интересно посмотреть, каким направлениям социальных предприятий в современной России микрофинансовые организации оказывают поддержку. Примеров таких достаточно. Мне очень хочется остановиться только на одном из них. В настоящее время в нашей стране активно развивается такой вид социально ориентированного предпринимательства, как сельский и экологический туризм. В чем его социальная значимость? Создаются новые рабочие места в сельской местности в виде мини-гостиниц. По разным оценкам, одна мини-гостиница инициирует развитие по соседству от 4 до 11 новых рабочих мест (транспортное и экскурсионное обслуживание, питание, оздоровление, развлечения, активный отдых и т.д.). Это способствует тому, что социально активные люди не уезжают в города; растут налоговые поступления в местные бюджеты; уменьшается поток миграции из деревни в город, что, в свою очередь, снижает нагрузку на социально-экономическую инфра-структуру последнего и т.д.

ЕСЛИ ЖЕ МЫ ХОТИМ, ЧТОБЫ ОРГАНИЗАЦИИ, РАБОТАЮЩИЕ В СЕГМЕНТЕ МИКРОФИНАНСИРОВАНИЯ СТАНОВИЛИСЬ ВСЕ БОЛЕЕ СОЦИАЛЬНО НАПРАВЛЕННЫМИ САМИ ИЛИ ИХ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ БЫЛА БЫ БОЛЬШЕ НАЦЕЛЕНА НА РАЗВИТИЕ СОЦИАЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В РОССИИ, НЕОБХОДИМО БОЛЬШЕ ВНИМАНИЯ УДЕЛЯТЬ ЭТИМ ВОПРОСАМ И В СМИ, И В ХОДЕ ОРГАНИЗУЕМЫХ СООБЩЕСТВОМ РАЗЛИЧНЫХ МЕРОПРИЯТИЙ — КОНФЕРЕНЦИЙ, ФОРУМОВ И Т.Д.

Отрадно то, что партнерство в этом направлении получает все большее внимание со стороны кооперативов. Если еще несколько лет назад в этот процесс были вовлечены только представители сельской кооперации (в Карелии, на Алтае, в ряде других регионов), то в последние годы на этот вид деятельности стали все больше обращать внимание руководители кооперативов, традиционно считавшихся городскими. Например, из 11 участников последнего учебного тура 13 по изучению опыта организации этого вида туризма в Латвийской Республике 8 представляли кооперативы из Башкортостана и Удмуртии.

Есть и иные примеры, которые могут послужить кому-то из читателей отправной точкой для развития социального предпринимательства. Три года назад я как руководитель туристического агентства пытался выполнить одну заявку — организовать отдых в Сочи в частной гостинице для семьи из двух человек, один из которых — инвалид-колясочник. Не смог найти! Партнер, который родился и вырос в Сочи, всю сознательную жизнь занимается в этом городе организацией отдыха (соответственно знает там все и вся) в конце концов взмолился и откровенно признался, что ни одной приспособленной для колясочников частной мини-гостиницы он найти не смог!

Если же мы хотим, чтобы организации, работающие в сегменте микрофинансирования становились все более социально направленными сами или их деятельность была бы больше нацелена на развитие социального предпринимательства в России, необходимо больше внимания уделять этим вопросам и в СМИ, и в ходе организуемых сообществом различных мероприятий — конференций, форумов и т.д. Сегодня, к сожалению, процент времени, отводимого на обсуждение подобных вопросов на такого рода мероприятиях, крайне невелик. Разговор на тему социального предпринимательства в нашей стране набирает обороты. На мой взгляд, это очень хорошая тенденция. И будет очень приятно, если данная статья положит начало дискуссии на вынесенную в заголовок тему.


Статья опубликована в журнале «МИКРОФИНАНС+» № 2 (15) 2013
ISSN 2078-4473

Автор: shram
Опубликовано: 25.08.2013
comments powered by Disqus